С чего начать проект «Украина»? Анатолий Луценко, для «Главреда» После президентских выборов 2004 года в Украине активизировалась дискуссия об определении украинской национальной идеи. На многих экспертных площадках были представлены отдельные механизмы определения ее сути. Кое-кто из политологов даже предлагал соответствующий инструментарий для реализации - от создания общенационального «Министерства пропаганды» до системных идеологических реформ в образовании.

С чего начинать, чтобы великий Проект «Украина» оказался успешным?

В пределах статьи, разумеется, не может вырисовываться целостная концепция. Но то, что политические элиты, эксперты и журналисты должны стать инициаторами интеллектуального продвижения в этом направлении, не вызывает сомнения. Уверен, что интеллектуальная часть общества уже давно созрела для такой дискуссии и внутренне готова к ней.

Для начала позволю себе небольшой исторический экскурс. Пытаюсь представить себе, что во времена «холодной войны» руководство Украинской Советской Социалистической Республики заявило бы о желании вступить в НАТО и о выходе из состава СССР. Почему-то мне кажется, что и Коль, и Миттеран раздумывали бы приблизительно пять минут. То же касается Тэтчер и Рейгана. Убежден, что «суверенное право Украинского народа на самоопределение», со всеми вытекающими из этого последствиями, могло бы быть реализовано. Единственное, пожалуй, что бы воспрепятствовало, – это «верные присяге» советские войска и советское ядерное стратегическое оружие. Конечно, придирчивый историк отметит, что такого не могло бы случиться «никогда». Так я и не собираюсь по этому поводу полемизировать.

Хоть я готов дискутировать с кем угодно, что развал советской империи, который в те годы мало кто прогнозировал, до сих пор по достоинству не оценен. Крах советского «колосса на глиняных ногах» историческая и политологическая наука должным образом проанализирует еще нескоро, возможно, лет через 5-10.

На то, что мы продолжаем находиться в плену целого комплекса иллюзий, влияет несколько обстоятельств.

Во-первых, у украинцев слишком узкий кругозор, чтобы охватить перспективы. На это влияет несколько факторов:

- недостаток информации относительно национальной, идеологической зашоренности;

- индивидуальное футурологическое мировоззрение;

- непонимание внешнеполитических процессов;

- нелогичность отдельных внутриполитических процессов.

Почему мы не в состоянии влиять на глобальные процессы? Почему мы не выходим за рамки восприятия собственных, «местечковых» представлений о глобальном мире?!

Политическая элита на сегодняшний день не может сформулировать ответов на эти вопросы. Прежде всего, потому, что в основной массе своей она утратила «калибр», возможность отстаивать стратегические решения, играть в дву-три-ходовки, анализировать ход исторических событий и прогнозировать. В результате это отражается на обществе, на его мировоззрении, на его представлении о своей миссии в мировом масштабе.

С другой стороны, нынешнюю украинскую власть нельзя упрекнуть в том, что ее политика абсолютно лишена ощущения необходимости возобновления национальной идентификации. Просто многие шаги, наблюдаемые в течение последних десяти лет в треугольнике Президент – Верховная Рада – Кабинет министров, воспринимаются в основном как борьба за соответствующие властные (личностные) полномочия, а не за возможность реализации концепции «продвижения» Украины. Исходя из этого, примитивизируется понимание роли власти.

В вопросе самоидентификации действительно именно форма во многом определяет содержание. Но она должна перейти из сугубо тактической в стратегическую плоскость. Например, в свое время противники Петра І отмечали, что бритье бород (как символическое действо, олицетворение политики) не сможет сделать из бояр европейцев. Но ведь сделало же! И за короткое время – всего поколение. Так же, как мистическое появление Трезуба Владимира в качестве герба Украинского государства в начале двадцатого века во время освободительной борьбы: наперекор тогдашним политикам он возродился и снова стал символом государственности.

Поэтому, как мне кажется, время требует от нас создания в первую очередь качественной формы национальной самоидентификации. Если угодно - обертки, по которой нас будет воспринимать мир. Она должна быть красивая, привлекательная и комплексная. Тут одним салом не отвертишься!

После известных событий в Бухаресте можно констатировать: Украина еще не дотягивает до того, чтобы восприниматься в сознании мировых лидеров как мощная, идеологически уравновешенная и суверенная единица, способная использовать все имеющиеся механизмы влияния, как это делает, к примеру, Россия.

Вспомним, как еще во времена столыпинских реформ удавались мощные, даже по нашим меркам, PR-акции. Поощренные российским правительством французские борзописцы рисовали в сознании рядовых французов (граждан тогдашней «страны-рантье») образ «патриархальной, наивной страны – России», богатой ресурсами и стабильной, потому как «до умопомрачения любящей своего «царя-батюшку». Как следствие: перед началом Первой мировой войны едва ли не в каждой более-менее зажиточной французской семье хранились ценные бумаги, вложенные в российскую экономику.

Уверен, что подобные «картинки» доминируют как у канцлера Германии Меркель, так и у лидера Франции Саркози, которые с оглядкой на Россию заблокировали присоединение Украины к ПДЧ в НАТО. Возможно, учитывая этот урок, Украине в кратчайшие сроки до декабря 2008 года следует провести целый ряд контракций, доказывающих миру, что мы готовы к серьезным шагам и серьезным решениям?

Такая форма должна иметь четкий евроатлантический акцент. То есть семантически: самоидентификация должна раскрываться через представление об Украине и об ее народе как об исконной части европейского сообщества. Нужен общенациональный PR-проект под условным названием «Украина – неотъемлемая часть Европы!». Целевые аудитории – две: внутренняя и внешняя.

Внутренняя – это наше общество, состоящее из индивидов, которым нужно привить не только самоуважение (оно теперь уже есть), но и гордость за свою национальную украинскую принадлежность.

Внешняя целевая аудитория – это европейское сообщество. Она, в свою очередь, в нашей идентификации разделена на два типа: общества, которые в принципе нам традиционно симпатизируют (несмотря на порой и трагические страницы общей истории), а также те, которые к нам индифферентны или настроены нейтрально «подозрительно». Эти, последние, с нами мало «пересекались» на исторической арене, поэтому они нас не помнят, мы им безразличны. Именно поэтому они готовы променять нас на что угодно (на газ, например) сегодня, поскольку не видят с нами общего завтра.

Стратегически важно, чтобы у нас произошло обновление национальных мифологем, с помощью которых мы должны демонстрировать свою «европейскость» и «западность». В новой интерпретации мы должны говорить о том, что в течение всего исторического периода существования украинцев они боролись за независимость от Азии и принадлежность к Европе. И это не «навешивание лапши». В цивилизационном контексте это выглядело именно так.

В то же время нужно минимизировать представление об украинцах как о постоянно боровшихся за то, чтобы «наша хата была с краю». Сегодня нужно говорить, что именно мы были «форпостом Европы», начиная с ІХ века до сих пор. Ведь, по большому счету, Украина – это большое Пограничье, которое сдерживало активный азиатский элемент от проникновения в европейское цивилизационное пространство.

Нужно, в конце концов, положить начало общенациональной дискуссии, следствием которой должна стать выработка четких критериев нашего общего для всех виденья будущего в контексте национального мифотворчества. Но для этого мы должны глубинно исследовать себя самих.

Вопросы, на которые в первую очередь нужно дать ответы:

1. Как и с чем живет украинец?

2. Как он себя идентифицирует?

3. Отличается ли его мировоззрение по географическому признаку, есть ли для этого глубинные причины?

Это вопросы, согласитесь, не только для социологов, но и для историков, политологов, философов, этнографов и культурологов.

Следующим этапом должна стать выработка общего всеобъемлющего украинского евроатлантически ориентированного мифа, то есть системы национальных ценностей и символов, которые в процессе имплементации создадут базис для нашего последующего развития.

И напоследок нужно, чтобы гражданское общество и его институты сильно надавили на политическую элиту. Для Украины, ее будущего, крайне важно, чтобы в вопросе евроатлантической интеграции наш политический класс был единым. Эта тема должна быть навсегда вынесена за рамки «политических спекуляций». Нужен совместный «железный пакт» политической элиты. В нем должны быть оговорены «священные» темы, находящиеся за пределами «электорального потребления». В первую очередь, о чем уже шла речь, - это евроатлантическая интеграция (вступление в НАТО и Евросоюз), второе – запрет политической идентификации по региональному признаку и языковой вопрос.

Не хочу выглядеть идеалистом, но продвижение в этом направлении по меньшей мере нужно начать. Элита (прежде всего политическая) должна быть поводырем, а не ограничителем. Зная нынешнее положение дел, наивно было бы думать, что представители правящего класса уже сегодня «сядут и договорятся». Но это может случиться завтра. Если интеллектуальное давление на политикум будет иметь место.

Автор – директор Института политических технологий