Сталин был главным идеологом Голодомора в Украине? Василий Марочко, для «Главреда» Исследуя тоталитарный коммунистический режим в Украине, историки избегают освещения персональной причастности партийно-советской номенклатуры к формированию и осуществлению преступной политики.

Они забывают едва ли не о самом главном догмате – «роли личности в истории», особенно в годы диктатуры. Именно о роли Сталина и его последовательных шагах в 1932 году, приведших к Голодомору в Украине, – статья д.и.н., ведущего научного сотрудника Института истории НАН Украины, руководителя Центра исследований геноцида украинского народа – Василия Марочко.

Сталин всегда хотел видеть себя великим реформатором. Поэтому идея массового создания колхозов, то есть «социалистических фабрик зерна», представлялась бывшему семинаристу мессианской. Однако в конце 1931 года, почувствовав разрушительные последствия коллективизации, Сталин переводит вину с себя на «внешних» и «внутренних» врагов – «диверсантов», «саботажников», «вредителей», направив поиск причин экономического кризиса в желаемое русло. Но, будучи прагматиком и реалистом, он не мог не видеть хозяйственной малоэффективности колхозов, которые не преодолели зерновую проблему, а лишь осложнили ее, однако продолжал насаждать в них принцип продразверстки. Формы ее внедрения и методы осуществления имели признаки сознательной экономической блокады сельского населения.

Карательно-репрессивная система хлебозаготовок, которая начала действовать осенью 1931-го, когда в основном завершилась коллективизация сельского хозяйства, давала «сбои», но от нее не отказались, а наоборот – признали единственно правильной, что и привело к массовому голоду, охватившему Украину уже в первой половине 1932 года.

Переписываясь с Кагановичем по поводу хлебозаготовок в Украине, Сталин использовал терминологию, которая подчеркивала его отношение к этническим украинцам, избегая терминов «украинский народ» или «Советская Украина». Его занимала конкретная проблема – объемы и темпы заготовок зерновых культур, непосредственными производителями которых были «украинские колхозники» и «индивидуалы». Когда заходила речь о сборе сахарной свеклы, то Сталин сразу вспоминал об Украине, которая «дает одной свеклы втрое или вчетверо больше ЦЧО» (Центральной Черноземной области РСФСР. – В.М.), потому «…без Украины этот вопрос нельзя решить». Термины «украинцы», «украинские демобилизаторы», «Украина», «украинская конференция», «самое главное в настоящий момент Украина», «Украину можно потерять», «обратите внимание на Украину», которые встречаются в письмах Сталина к Кагановичу в июне - августе 1932 года, свидетельствуют о факте подлинного сталинского «беспокойства» об украинских крестьянах.

12 июня 1932-го Каганович отправил Сталину письма председателя ВУЦИКа Григория Петровского и председателя Совнаркома УССР Власа Чубаря, которые затрагивали вопросы «отказа от хлебозаготовок» и оказания Украине продовольственной помощи. В них освещалась катастрофическая ситуация в украинских селах, картины голода, охватившего тогда свыше 100 районов республики. Их обращение было первой попыткой украинских правительственных чиновников привлечь внимание политбюро ЦК ВКП(б) к трагедии украинского крестьянства. Сталин написал ответ: «Письма Чубаря и Петровского не понравились. Первый разводит «самокритику» – чтобы получить от Москвы новые миллионы пудов хлеба, второй предстает святошей, отдавая себя в жертву «директиве ЦК ВКП» – чтобы добиться уменьшения плана хлебозаготовок. Ни то, ни другое неприемлемо». Сталин считал, что «Украине дано больше чем нужно». А украинские крестьяне в это время, в надежде на его милость, массово обращались к «родному Сталину» за помощью, посылая сотни писем в его адрес. Замалчивание им факта голода и проявление партийной принципиальности стоили Украине дорого – миллионов жертв.

18 июня 1932 года, анализируя формы, методы и принципы хлебозаготовок, Сталин, наконец, признал, что в «…Украине, несмотря на неплохой урожай, ряд урожайных районов оказались в положении разорения и голода». Он объясняет это тем, что «…план хлебозаготовок был разверстан по районам и колхозам и выполнялся не в организованном порядке, а стихийно, по «принципу» уравниловки, воплощался механически, без учета положения в каждом отдельном районе, без учета положения в каждом отдельном колхозе». Казалось, что «отец народов», растроганный трагедией, упразднит форсирование темпов хлебозаготовок, но получилось все наоборот: он предложил созвать в конце июня 1932 года совещание секретарей и глав республиканских правительств по вопросам организации и «беспрекословного выполнения плана хлебозаготовок». Сталин лично выразил возмущение тем, что «…несколько десятков тысяч украинских колхозников все еще разъезжают по всей европейской части СССР и разлагают нам колхозы своими жалобами и скулением». То есть, находясь в Сочи, он впервые признает факт голода в Украине, сознавшись в этом Кагановичу.

И вскоре крестьяне получают жесткую «помощь». 29 июня 1932 года Сталин в письме Кагановичу советовал ему следующее: «Первое. Семенную ссуду не нужно причислять к плану, ее нужно изымать вне плана и обязательно полностью. Второе. То же самое необходимо сделать по продовольственной ссуде. Третье. Во время жатвы можно выдавать колхозникам небольшой аванс хлебом. Четвертое. При разверстке плана не следует давать послаблений единоличнику». Изъятие семенного займа не давало возможности своевременно провести посевную кампанию, а продовольственного зерна - обрекало крестьян на голодную смерть.

Сталину принадлежала идея о запрете перевозок «частных хлебных грузов» по железной дороге, без реализации которой, по его убеждению, можно сорвать хлебозаготовки. Он изрек ее 22 июля, а 23 июля Совет труда и обороны установил норму перевозки хлеба гражданами – 16 кг. Сталинские постановления о «борьбе за хлеб», которые он лично подписывал и исправлял, создавали условия, несовместимые с жизнью для сельского населения.

Также он лично был инициатором подготовки так называемого закона о «пяти колосках», то есть постановления ЦИК и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и упрочении общественной (социалистической) собственности» от 7 августа 1932 года. Его беспокоили массовые кражи «кооперативного» и «колхозного имущества «кулаками» и другими «антиобщественными элементами», то есть голодными крестьянами, поэтому он предложил предоставить имуществу колхозов и кооперации статус государственного, а значит, карать за его разворовывание 10-ю годами заключения или же смертным приговором.

Сталин 20 июля 1932 года предложил ОГПУ «…взять под строгий надзор село и всех активных проповедников против нового колхозного строя, активных проповедников идеи ухода из колхоза – изымать и отправлять в концлагеря (индивидуально)».

На случай стихийного или организованного бунта голодных крестьян, а также с целью их возможного укрощения 16 августа 1932-го Сталин предложил Кагановичу следующее: «Учитывая тяжелое положение на Украине, считаем совершенно необходимым срочное привлечение войск как на уборочные, так и прополочные работы». Не студентов, не служащих, а именно красноармейцев, вооруженных серпами и сапами, Сталин мобилизовал на сельхозработы, чтобы на всякий случай применить и винтовки, но не для «прополки».

В результате выполнения всех вышеназванных постановлений и распоряжений уже осенью в 1932 года Украину охватил массовый искусственный голод, жертвой которого стали миллионы украинцев.